«Ничто не останавливает репрессивный паровоз на дороге к реалиям Пхеньяна»

Эксперты — о том, может ли Беларусь стать второй Северной Кореей.

Исследователь Института международной экономики Петерсона Гэри Клайд Хуфбауэр заявил в эфире «Свабода» Premium», что «Беларусь по санкциям уже где-то на трети пути до Северной Кореи». 

«Филин» обсудил с экспертами, реально ли Беларуси наверстать ⅔ до уровня КНДР, и как сильно еще США и ЕС могут давить санкциями на режим.

Директор по исследованиям центра EAST и эксперт iSANS Андрей Елисеев соглашается с основными тезисами Гофбауэра:

— Можно согласиться, что уже действующие западные санкции будут иметь сильный эффект (вероятно, все еще недооцененный властями) для экономики Беларуси. Также можно говорить о том, что прямые политические последствия санкций спрогнозировать невозможно, в том смысле, что точно говорить о степени дестабилизации режима и конкретных сроках не приходится, и что ключевым является вопрос о готовности России оказать финансовую поддержку.

Что касается вероятности еще большего санкционного давления «как в случае Северной Кореи», то до такого, на мой взгляд, может дойти в случае серьезных внешнеполитических провокаций со стороны Минска. Например, создания военной напряженности и каких-либо агрессивных актов (с точки зрения международного права) в отношении соседних стран, — считает эксперт.

— Как быстро мы все-таки сменили вектор развития и добрались до сравнения с Северной Кореей, — сказал «Филину» старший аналитик Центра новых идей Павел Мацукевич. — Еще относительно недавно для Беларуси проводили мечтательные параллели со Швейцарией, а теперь даже воспоминание об этом звучит как недоразумение. 

С КНДР нас уже многое роднит в плане отсутствия свобод и гражданского общества. До синхронизации с северокорейским социально-политическим ландшафтом, понятное дело, еще не весь путь пройден. Однако пока ничто и не останавливает белорусский репрессивный паровоз на дороге к реалиям Пхеньяна, куда он движется без остановок.

В части горькой санкционной доли и изгоев мы дрейфуем скорее в сторону Крыма. Крымский пример лучше подходит на наше санкционное будущее. Во-первых, у нас общий генеральный спонсор конфликта с Западом — Россия. Во-вторых, уже много общего в плане существующих ограничений. Например, туда вообще не летают самолеты кроме российских. 

По санкциям в отношении полуострова и России можно издать путеводитель, и он будет пухлым. Они применяются уже семь лет, сразу после аннексии Крыма и конфликта на востоке Украины. Это и секторальные, и визовые, и блокирующие сотрудничество санкции. Проще, наверное, сказать, каких сфер они не касаются. Заблокирован крымский экспорт в Европу, западные поставки технологий и оборудования в Крым, под запретом инвестиции, отключен SWIFT. То есть у санкций по Беларуси есть еще существенный потенциал для развития.

Крым дает представление о вероятной реакции и путях обхода жестких санкций в белорусско-российских реалиях. Я не касаюсь криминальных или около криминальных схем, которые наверняка заменят прозрачный межгосударственный бизнес там, где он из-за санкций не сможет быть больше прозрачным. Речь тут о вполне легальных интеграционных методах противостояния санкциям, которые нашли применение в Крыму и уже звучат для Беларуси. Это полный переход на российские рубли во взаимных расчетах и на единую внутреннюю платежную систему — привет, единая валюта.

Например, самые крупные российские банки: Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк вообще не представлены в Крыму, чтобы не подставляться под санкции. На полуострове работают российские банки, ориентированные на внутренние операции. Точно также может выстроиться работа российского банковского сектора с санкционной Беларусью, если токсичность наших банковских структур начнет зашкаливать. Это, конечно, уже глава не про самостоятельную жизнь Республики Беларусь, а про выживание. 

Крым, на мой взгляд, вообще показывает все самые важные спецэффекты санкций. Один из основных смыслов введения жестких санкций в отношении полуострова заключался в том, чтобы сделать ущерб неподъемным для Москвы. Такие же надежды питают многих и в нашем санкционном кейсе. Мол, станет белорусская ноша непосильной для Кремля, и он ее бросит. 

Семь санкционных лет, фактически полностью изолировавших Крым от цивилизованного мира, сделали его содержание для России действительно дорогим. Встречал оценки, что общий объем российских вложений в Крым за эти годы, совокупные прямые и косвенные потери от санкций за аннексию и недополученная в результате прибыль составляют сумму, сопоставимую с 85 процентами годового объема ВВП России. Несмотря на это, полуостров сохраняет и российскую прописку, и российскую поддержку. И это в Кремле даже не обсуждается. 

Поэтому ждать, что санкции сделают поддержку Россией Беларуси настолько дорогой, что Кремль от нее откажется, придется очень долго. Для Москвы это не коммерческий проект, в котором ключевое — это выгода.

Думаю, нам правильнее ставить вопрос о растущей стоимости поддержки России именно для Беларуси. Потому что когда отсутствует выбор, а мы именно в такой ситуации, то довольствоваться приходится тем, что есть, а платить за это любую цену, которую запрашивают, без возможности ее сбить. 

Собеседник считает, что запас санкционного хода у Запада по Беларуси еще приличный. 

— Я не сторонник санкционного подхода, потому что цена его применения для нас неподъемна, а потери невосполнимы. 

Эффективность санкционной политики редкое и дорогостоящее явление. Она зависит нет от жесткости санкций, а от их продуманности, последовательности, выдвижения выполнимых требований и политической воли не наказать, а договориться с помощью санкций. 

При этом, нужно понимать, что санкциями можно повлиять на изменение политики режима, но не на его смену — это прерогатива внутренних сил. 

Санкции достаточно быстро сказываются на экономике и финансах страны, но на достижение целей даже при условии их реалистичности уходят годы. Скажем, от момента введения санкций по линии Совета безопасности ООН по Ливии и первых уступок со стороны Каддафи прошло семь лет. Причем у Каддафи не было спонсора, а уступки с его стороны касались только выдачи подозреваемых в теракте над Локерби.    

Условия, которые ставятся санкциями, фактически требуют от Лукашенко отказа от власти. Мы видим, что Лукашенко готов отстаивать ее любой ценой, а Кремль как будто только и рад международной маргинализации Беларуси и краху наших отношений на западном векторе и готов поддерживать белорусский режим в противостоянии с Западом, образно говоря, до последнего белорусского НГО. То есть пока налицо все предпосылки для дальнейшего наращивания санкционного прессинга, — заключает собеседник.

Источник: Валерия ПЕРЕПЕЛКИНА, ФИЛИН