Особое мнение: Творится что-то невообразимое, страшное!

На снимке: Коллаж.

С народом, который зримо выразил свою позицию, свое волеизъявление, нужно разговаривать не с помощью дубинок, арестов, тюремных сроков, а через примирительный диалог.

Не произнесенное вслух выступление главного редактора газеты «Народная Воля» Иосифа Середича – он без всякого объяснения не получил аккредитацию для участия в «Большом разговоре…», хотя во всех предыдущих подобных мероприятиях был заметной персоной.

А поскольку до последнего часа надеялся, что раздастся звонок и его пригласят во Дворец Независимости, то делал наброски для выступления. Что ж, благо есть другие возможности донести свои мысли до широкой общественности. 

С этой целью его выстуление и публикуется на сайте газеты.

***

«Скажу честно, многие меня отговаривали: мол, не надо идти на эту встречу, ничего нового ты не услышишь, а неприятностей можешь нажить. Взвесив все «за» и «против», я всё же решил аккредитоваться и принять самое активное участие в «Большом разговоре…». К этому меня подвигли и мои бывшие избиратели. 

Александр Григорьевич знает, что в Верховном Совете 12-го созыва, в котором мы были депутатами, я представлял Пинский избирательный округ №133. А какая ситуация, обстановка в этом городе теперь, после прошлогодних выборов, – думаю, большинству в этом зале объяснять не нужно: десятки людей брошены в тюрьмы, репрессивный каток продолжает катиться. 

И мои тогдашние избиратели попросили: воспользуйся случаем, подыми голос в защиту земляков…

Я вернусь к этой печальной истории. Но вначале о том, какой я вижу картину, сложившуюся в нашей родной многострадальной Беларуси. Пожалуй, никто не станет отрицать, что политический кризис, который разразился в прошлом году, мертвой хваткой схватил за горло всю страну. 

Если бы мне лет пять назад кто-нибудь сказал, что в течение короткого времени, месяцев за десять-одиннадцать, 40 тысяч белорусов пройдут через задержания, через СИЗО, тюрьмы, многие погибнут, как говорится, прямо на баррикадах, плюнул бы в глаза. Но ведь такова не просто печальная, а трагическая реальность. И это не в средневековье, а в XXI столетии, и это в стране, которая находится в центре Европы!

Внимательно слежу за реакцией со всех сторон. Но я не буду анатомировать, пытаясь разобраться, кто «мае рацыю», кто нет. Давайте лучше порассуждаем, исходя из элементарной логики. Любую болезнь начинают лечить только после установления верного диагноза, того, что стало причиной хвори. 

Почему 9 августа, ровно год назад, тысячи людей в разных городах и даже в небольших поселках вышли на улицы? Что явилось главной причиной массового протеста? Правильный, правдивый ответ на эти мучающие вопросы и может помочь белорусскому обществу, государству поставить точный диагноз того, что привело страну к трагедии. 

Официальная пропаганда вот уже на протяжении года круглосуточно вбивает в головы белорусов одну мысль: если бы не заокеанские янки, не европейские кукловоды, не наши доморощенные так называемые яйцеголовые, создавшие разные деструктивные телеграм-каналы, сайты, чаты и прочее, то никаких протестных акций у нас не было бы, в стране царили бы мир и спокойствие. Словом, внешние и внутренние враги хотели устроить в Беларуси переворот, но им это не удалось. 

Аналитики, политологи по косточкам разложили каждое такое голословное утверждение. Я же, как сказал выше, исхожу из чисто элементарной логики. Давайте взглянем правде в глаза: если бы президентские выборы прошли честно, без многочисленных фальсификаций, электорат не возбудили бы никакие заокеанские и европейские враги, никакие деструктивные сайты и телеграм-каналы.

То, что 9 августа была высокая активность избирателей на участках для голосования, – это очевидный факт. Я сам простоял в очереди примерно два часа, чтобы получить бюллетень. Рядом находились люди примерно моего возраста, большинство из которых явно не в ладах с компьютером, планшетом, современным смартфоном. 

И, конечно, меня и всех жителей нашего населенного пункта интересовали итоги голосования. Надо отдать должное членам участковой комиссии, которые сработали четко, не нарушая закона. Они в тот же вечер вывесили окончательный протокол на входных дверях офиса, в котором проходило волеизъявление избирателей. В победителях – с явным перевесом по отношению к другим кандидатам – оказалась Тихановская.

Это, уважаемые участники «Большого разговора…», то, что я лично видел. А о том, что происходило 9 августа 2020 года в других местах, не только в Минске, но и во многих городах поменьше и даже деревнях, свидетельствуют сотни, тысячи достоверных фактов. 

Можно, конечно, говорить, что поленья в костер и в тот день, и накануне подбрасывали определенные силы из-за рубежа. Но в любом случае никто не отменял требований Конституции, Избирательного кодекса насчет того, как должны проходить выборы. К сожалению, давайте честно признаемся, в этом плане до демократии нам еще очень далеко. 

Появилось официальное сообщение ЦИК: досрочно проголосовало более 40 процентов избирателей. А вот на нашем участке, как подтвердила комиссия, таких людей было в десять раз меньше. Есть у меня повод сомневаться в данных, озвученных Ермошиной? Полагаю, есть!

Меня, Александр Григорьевич, однажды удивили ваши откровения. Вы сказали: если кому-то не нравится 80 процентов (имеется в виду проголосовавших за вас), пусть будет 76, пусть даже будет 68 процентов. Извините, но такого вольного разброса закон не допускает. 

Вот в Америке, где, как заявляют ваши апологеты, нет демократии, месяц с лишним пересчитывали бюллетени, состоялось множество судов и окончательные, точные результаты выборов были объявлены только тогда, когда все цифры были сверены. А у нас? Уже назавтра в офисах избирательных комиссий не было ни одного человека, спустя несколько дней появилось официальная информация, что участковые, районные и областные комиссии прекратили свою деятельность. 

А раз не было никакого пересчета голосов ни по одному городу, ни по одному региону и даже ни по одному участку, то, Александр Григорьевич, если исходить из ваших рассуждений, каждый избиратель волен выстраивать свою версию насчет того, кто победил, а кто проиграл.

Но вернемся к тому памятному вечеру, когда гражданская активность многих тысяч людей выплеснулась на улицы. Сразу подчеркну: любая массовка может таить в себе не только положительные качества, но и негативные. Но на то и существуют государство, власть, чтобы упредить плохие последствия. 

На мой взгляд, ничего разумного для упреждения того, что в действительности произошло как 9 августа, так и в последующие недели и месяцы, сделано не было. Скажите, зачем вертикальщикам, я имею в виду председателей рай- и горисполкомов, давить на членов избирательных комиссий, чтобы они выкручивали какие-то нужные кому-то цифры? 

Почему губернаторам нужно друг с другом соревноваться, у кого процент окажется выше? (Об этом вы, Александр Григорьевич, сами сказали.) Почему итоговые протоколы на очень и очень многих участках не были вывешены, как этого требует закон, сразу после подсчета голосов? Можно продолжить перечень вопросов. Но ответ на них напрашивается один: не это ли подлило масла в огонь, доведя активную часть общества до того, что она стала отстаивать законность, справедливость на улицах и площадях? 

Опять же, не потому, что люди поддались деструктивному влиянию каких-то вражеских сил из-за кордона, а потому, что им плюнули в лицо, украли их голоса.

На сегодняшний день я, как, думаю, и вы, участники этого «Большого разговора…», не могу категорически утверждать, кто на самом деле победил, а кто проиграл на президентских выборах. Очевидно одно: они прошли с беспрецедентными нарушениями законодательства, открытыми и скрытыми фальсификациями. 

Имеется немало обнародованных аудиозаписей, письменных документов, устных заявлений, свидетельствующих об этом. Вспомним хотя бы случай, произошедший с участием главы Администрации Октябрьского района города Витебска Сергея Сташевского. Его записанный на пленку диалог с членами избирательной комиссии, которую возглавлял директор школы №44 Сергей Питаленко, – это не что иное, как выкручивание рук тем, кто должен исполнять свои обязанности не по чьей-то указке, а в строгом соответствии с законом. 

Налицо стопроцентное доказательство, что на данном участке произошла замена реальных цифр на ложные, в действительности победил один человек, а по поданным наверх бумагам – другой. Казалось бы, всем, кто имел отношение к фальсификации результатов голосования, и прежде всего тому же главному вертикальщику района Сергею Сташевскому, Фемида должна отмерить соответствующее наказание. Но она, Фемида, у нас, оказывается, не только слепа, но и глуха. А может, просто чья-то служанка? 

Не поэтому ли наши славные правоохранительные органы даже не завели уголовного дела, не осуществили те процессуальные мероприятия, которые диктуются законом. А чтобы господин Сташевский не мозолил глаза витебчанам, вышестоящие власти перекинули его в Минск с предоставлением руководящей должности в Белгидромете. Что ж, теперь можно фальсифицировать и прогнозы погоды!

Как не утаить шила в мешке, так нельзя скрыть от общественности антизаконные действия во время избирательной кампании и многих других должностных лиц. Пожалуй, нет необходимости детализировать то, что произошло на одном из участков в районе столичного автозавода, в Молодечно, Вилейке… Это всё обнародовано, но, к сожалению, белорусская Фемида так и не открыла глаза. 

Можно лишь надеяться, что пройдет какое-то время, она излечится от всех своих болезней и вынесет справедливый вердикт.

Уважаемые участники «Большого разговора…», может, некоторым из вас и не хочется меня слушать, но, извините, я такой же гражданин, как и вы, и позволю себе сполна использовать эту трибуну. Тем более что в данном случае на моей стороне и Александр Григорьевич Лукашенко. 

Полагаю, вы помните его слова (цитирую): «Каждый имеет право на свою точку зрения, клянусь вам детьми, я не боюсь никакой точки зрения, я готов дискутировать с каждым. Пусть говорят, пусть высказывают свою точку зрения, надо это потому, что нет развития, если нет этих конкуренций, идей и мыслей. Они должны быть» (конец цитаты).

Реализуя свое законное право на изложение своих взглядов на острые, можно сказать, судьбоносные события, происходящие в нашей стране, я всё же продолжу выступление. Вот держу в руках отсканированную полосу «Народной Воли» за 1 сентября 2020 года. Она вся отдана кандидату в президенты Андрею Дмитриеву. 

Озаглавлена так: «Жалоба на грубые нарушения избирательного законодательства в ходе выборов Президента Республики Беларусь и о признании выборов недействительными». 

Это копия документа, который Дмитриев отправил в Центральную комиссию Республики Беларусь по выборам и проведению республиканских референдумов. И какой же ответ поступил от небезызвестной Лидии Ермошиной? Кстати, не только на жалобу Андрея Дмитриева, с подобными требованиями в ЦИК обратились и другие кандидаты в президенты. 

Всем, как под копирку, ответ один: удовлетворению не подлежит. Без заслушивания на специальных заседаниях авторов жалоб, без каких-либо детализированных разъяснений и комментариев. А когда некоторые претенденты на высокий пост в государстве обратились в Верховный суд, получили не менее странный ответ: признать выборы недействительными может только та же незабвенная Ермошина со своей командой.

Согласитесь, очень и очень интересная коллизия. Если руководствоваться Конституцией, законами, то, оказывается, последняя точка в президентских выборах у нас до сегодняшнего дня не поставлена. Это не мой вывод, он вытекает из позиции, выраженной 25 августа 2020 года Конституционным судом Республики Беларусь. 

Он, Конституционный суд, как написал известный правозащитник Гарри Погоняйло, в лаконичной форме изложил в своем документе видение общественно-политической ситуации в стране и разъяснил гражданам, всем ветвям власти, должностным лицам, что (цитирую) «для защиты конституционных прав граждан в избирательном процессе в Республике Беларусь как демократическом государстве установлены юридические процедуры, в том числе для реализации права на судебную защиту» (конец цитаты). 

Развивая эту важнейшую позицию Конституционного суда, его председатель Петр Миклашевич в интервью газете «СБ. Беларусь сегодня» отметил (цитирую): «в соответствии с избирательным законодательством определены два органа, которые правомочны рассматривать вопросы, связанные с оспариванием итогов выборов, признанием их недействительными… Это Центральная избирательная комиссия и Верховный Суд» (конец цитаты).

Подчеркнем: Конституционный суд является одним из важнейших механизмов сдержек и противовесов. И в столь важный и, я бы сказал, трагический момент для судьбы страны, миллионов ее граждан, выступая арбитром в политическом противостоянии, он для обеспечения мира и согласия в обществе в изданном акте прямо и однозначно указал на необходимость следовать предписаниям Конституции и избирательным законам.

Весьма примечательно, что Конституционный суд, как заметил Погоняйло, сделал это именно тогда, когда накануне, 24 августа 2020 года, судьи Верховного Суда И.В.Лазовикова, А.Г.Терех, И.Г.Мильто в нарушение конституционного права на судебную защиту отказали в возбуждении гражданских дел по жалобам кандидатов в президенты Республики Беларусь А.А.Канопацкой, А.В.Дмитриеву, С.Г.Тихановской ввиду… неподведомственности (п.1 ст.245 ГПК). 

В то время как, согласно ст.79 Избирательного кодекса, прямо установлено, что «решение Центральной комиссии может быть обжаловано в Верховном Суде Республики Беларусь в течение 10 дней». Право подать жалобу о признании выборов недействительными принадлежит кандидатам в президенты Республики Беларусь.

По мнению независимого юриста Гарри Погоняйло, и я с ним согласен, один из субъектов, наделенный законом полномочиями в оспаривании итогов выборов, признании их недействительными, отказал заинтересованным лицам в их праве на правосудие. Таким образом, процедура судебного обжалования, признания выборов 9 августа 2020 года недействительными не состоялась. Не это ли является одной и, может быть, самой главной причиной того, что многие месяцы в Минске и практически во всех регионах страны не утихали массовые протесты? 

Да фактически они продолжаются и по сегодняшний день, только в другой форме, в форме, образно говоря, горящих торфяников. Хочется кому-то или нет, но без справедливого разрешения конфликта погасить пожар не удастся. Как стало модным выражаться, выдавленную зубную пасту в тюбик обратно не загонишь. 

С народом, который зримо выразил свою позицию, свое волеизъявление, нужно разговаривать не с помощью дубинок, арестов, тюремных сроков, а через примирительный диалог, когда все слышат друг друга, когда верх берет здравый смысл, когда закон верховенствует над эмоциями, корыстными интересами тех или иных сил.

Слов нет, Беларусь переживает чрезвычайно сложные времена. Сегодня социально-политическая обстановка такова, что как никогда требует консолидации всех сил общества. Хотя этот крайне острый вопрос стоял и ранее. 

Три-четыре года назад я неоднократно с самых высоких трибун предлагал организовать Общенациональный круглый стол. Тогда вы, Александр Григорьевич, при встрече с глазу на глаз предложили мне письменно изложить концепцию поиска решений по спорным вопросам на основе компромисса и делового конструктивизма, базирующихся на приоритете национальных интересов. 

Такой документ я подготовил и передал лично через вашего пресс-секретаря. Более того, спустя несколько недель послал дополнение. К сожалению, ответа не получил, и мои усилия по организации Общенационального круглого стола не увенчались успехом. Предлагаю, Александр Григорьевич, вернуться к этому, считаю, архиважному вопросу. 

Только сегодня выдвигаются абсолютно новые условия. На мой взгляд, нельзя садиться ни за круглый, ни за квадратный стол, пока в тюрьмах заточены сотни оппонентов власти. Я не имею в виду тех, кто, возможно, по какой-то причине встал на террористический путь. За колючей проволокой томится немало людей, которые проявили в мирных формах свою гражданскую активность, отстаивая законность и справедливость. 

Если они и виновны в каких-то нарушениях правопорядка, то нельзя оставлять без выяснения те обстоятельства, которые предшествовали этому, обязательно нужно искать ответ на вопрос, что спровоцировало их на такие действия. В любом случае страна, в которой тюрьмы переполнены несогласными с политикой властей, когда вот уже год как продолжаются репрессии, доходящие до пыток, – это нонсенс. 

Если идти по такому пути, то Беларусь может превратиться в сплошной концлагерь. 

Пока не совсем поздно, нужно встать на другой путь. Организация Общенационального круглого стола – это, на мой взгляд, отказ от радикальной методологии политического поведения всех субъектов переговорного процесса, стремление к сближению позиций на основе базовых ценностей: защиты суверенитета и независимости страны, сохранения национальной идентичности, социально–политической стабильности. 

При общей заинтересованности в продвижении демократического обустройства государства нужно общими усилиями искать наиболее приемлемые варианты совершенствования избирательной системы, выработки новых механизмов защиты прав человека, регулирования баланса ветвей власти и т.д.

Оставаясь приверженцем организации Общенационального круглого стола, я предлагаю и власти, и оппозиции свои личные услуги в виде парламентерских шагов. За моими плечами большой жизненный опыт, я знаком практически со всеми важнейшими фигурантами как по одну сторону баррикад, так и по другую. И я готов предпринять все усилия для того, чтобы их диалог стал реальным уже в ближайшей перспективе. 

Мое кредо – мир и спокойствие в стране, нужно как можно скорее погасить политический кризис, восстановить прежний престиж Беларуси на международной арене. И здесь на первый план выдвигается необходимость проведения новых президентских выборов с соблюдением демократических процедур.

У меня создается впечатление, что вы, Александр Григорьевич, с каких-то пор стали заложником определенных радикальных сил, правящих бал в верхних эшелонах власти. Да, кое у кого руки в крови, и, не исключено, такие типы боятся ответственности по закону, а потому хотят загнать всё живое в стране под пол. Если их не остановить, то страну, государство неминуемо ждет крах. 

Творится что-то невообразимое, страшное! Мое сердце каждый раз содрогается от информации о пытках, которые устраивают служаки в тех же СИЗО. Ну почему, скажите, в камеру на четыре места нужно впихивать двенадцать, а то и пятнадцать человек? Люди лежат на голых полах, без соблюдения элементарной гигиены. 

Если для тех, кого правозащитники называют политическими узниками, в том же СИЗО на Окрестина не хватает постельных принадлежностей, то разрешите им брать их из дома. 

А можно ли человека неделями держать взаперти без возможности хотя бы раз в несколько дней постоять под душем, поменять белье? А что значит лишить права ежедневной тридцатиминутной прогулки на открытом воздухе во дворике, пусть даже размером пять на пять метров, сверху и по сторонам обтянутом проволокой? 

Тринадцать суток провел за решеткой известный журналист. Знаете, как он делал какие-то письменные «засечки» для будущих публикаций? Поскольку надзиратели не разрешили взять с собой ни ручки, ни карандаша, ни бумаги, то выцарапывал слова на обратной стороне протокола, который вручил следователь, острым кусочком отвалившейся штукатурки. Это ли не издевательство, это ли не пытки? 

Зачем позорить страну на весь белый свет? Если этого не понимает тот же начальник СИЗО, то что, ему нельзя найти замену? А если устраивать пытки его вынуждают вышестоящие начальники, то и от них нужно избавляться. А если, Александр Григорьевич, кто-то думает, что такими жестокими, я сказал бы, садистскими методами обращения с людьми, вина многих из которых еще даже не доказана, можно восстановить в стране мир и спокойствие, то он не просто заблуждается, а сам становится преступником.

Пользуясь случаем, хочу публично вступиться за коллег-журналистов, которые томятся за решеткой. Что, Андрей Скурко, выходец из той мядельской родни, к которой относился и Максим Танк (Скурко), – уголовник, бандит с большой дороги? Это интеллигентнейший человек, мухи не обидит. Но почему его, инсулинозависимого, нужно уже которую неделю держать в неволе? 

Предъявляется какое-то странное обвинение – нанесение имущественного вреда без примет воровства. Вроде по месту жительства, в его собственном доме, ребята из «Нашей Нивы» зарегистрировали какую-то структуру. Естественно, расходовались электроэнергия, газ, но плата осуществлялась не по тарифам для юридических лиц, а по тарифам, установленным для физических лиц. 

Не будь тут политического заказа, проблема решилась бы в течение одного дня: Андрей взял бы у поставщиков услуг счет на дополнительную оплату, пусть даже со штрафными процентами, перечислил деньги – и всё было бы приведено в соответствие с законодательством. 

Но нет,больного человека, отца годовалого ребенка нужно бросить в тюрьму! 

Сердце обливается кровью, когда начинаешь думать, за какие такие грехи томятся за решеткой Егор Мартинович, Юлия Слуцкая, Екатерина Бахвалова (Андреева), Дарья Чульцова, Сергей Ольшевский, Алла Шарко, Петр Слуцкий, Ксения Луцкина, Денис Ивашин, Андрей Александров, Андрей Почобут, Людмила Чекина, Марина Золотова, Ольга Лойко, Елена Толмачева и многие-многие другие сотрудники медиа! 

Неужели мы вернулись в те времена, когда говорили: был бы человек, а статья найдется? Но статьи у нас почему-то находятся к одним и не находятся к другим. В срочном порядке была осуждена журналистка TUT.BY Екатерина Борисевич, которая написала правду о том, что Роман Бондаренко был трезв, когда вступил в диалог с лицами, пришедшими во двор местных жителей, чтобы срезать бело-красно-белые ленточки.

Но до сих пор ходит на свободе тот, кто нанес Роману телесные повреждения, от которых он скончался в Больнице скорой помощи. Есть немало других аналогичных примеров. Значит, белорусская Фемида действует избирательно. А как же добиться единства народа?

И вообще, нынешняя судебная система страны не выдерживает никакой критики. Кажется, кем-то специально поставлена задача утопить ее в полной дискредитации, чтобы граждане, вынужденные переступать порог судов, шли, как на эшафот. 

Можно ли отправлять человека в душегубку на Окрестина за то, что он вышел на улицу в носках с бело-красно-белым рисунком? 

А подвергать огромнейшему штрафу обездоленную пенсионерку за то, что проходящий мимо участковый заметил на окне ее квартиры просто белую бумажную полоску? 

А за что пятнадцать суток тюрьмы выпускнице БГУ, которая на вручении дипломов поблагодарила тех преподавателей, которые, на ее взгляд, заслужили уважение студентов?

Посмотрите, кто выносит приговоры. Им, еще абсолютно зеленым юристам, учиться и учиться у более старших коллег, а они сегодня брошены на конвейер штамповать вердикты. По сути их профессиональные ошибки – это поломанные судьбы людей. 

Да это, в принципе, и их поломанные судьбы. Наступит время, когда очень многие дела, рассмотренные ими с явными нарушениями законов, будут подвергнуты профессиональной экспертизе и без учета возраста судьям, допустившим грубые промахи, придется серьезно отвечать, вплоть до лишения права носить мантию.

Любой судебный процесс – это состязание в рамках права двух сторон. И судья обязан взвешивать на весах Фемиды доказательства как истца, так и ответчика. А вы участвовали в процессах, связанных с рассмотрением дел так называемых протестантов? Я участвовал. 

И заметил: на то, что говорят свидетели ответчика, – ноль внимания. В основу решения суда или приговора ложатся лишь слова тех, кто в балаклаве и показания дает не под настоящей фамилией, а используя любой псевдоним. 

Это суд? Чистейшей воды профанация. 

Почему не дорожат своей честью те, кто бросил на позорище этих молодых парней и девушек в мантиях? Десятки других вопросов остаются без ответа, когда анализируешь функционирование нынешней судебной системы. Это же можно сказать и о других правоохранительных органах. По мнению многих политиков, давным-давно назрела необходимость реформирования всего силового блока.

Но вернусь к просьбе своих земляков, которые избрали меня когда-то в Верховный Совет 12-го созыва. Представляете, это было еще при советской власти. На один мандат было тринадцать претендентов. Люди оказали доверие мне, а не первому секретарю горкома партии. И, что отрадно, выборы действительно прошли демократично, без подтасовок и принуждения избирателей голосовать за какого-то одного кандидата. 

А что случилось в Пинске прошлым летом? 

Прессинг со стороны вертикали и других государственных служб оказывался чуть ли не открыто. В то же время люди хотели на законных основаниях выразить свое волеизъявление, а не действовать по чьей-то указке. И вполне понятно их желание уже вечером узнать итоговые результаты. 

Но протоколы появились на дверях далеко не всех участков. И это грубейшее нарушение закона возмутило горожан. Я не исключаю, что нашлись и два-три провокатора, начавших подогревать страсти тех, кого глубоко возмутило поведение ряда членов избирательных комиссий, которые своими противоправными действиями лишь подтверждали догадки пинчан, что результаты выборов сфальсифицированы. 

Поскольку бюллетени после их обработки доставляются в местные органы власти, то народ и двинулся к горисполкому, чтобы предложить наладить пересчет голосов. Будь руководство города, председатели избирательных комиссий поумнее, вышли бы они к собравшимся и сказали: «Выдвигайте из своих рядов двадцать-тридцать человек, они за ночь и следующий день перепроверят все бюллетени, и о результатах вы узнаете без всякой утайки». 

Конечно же, при таком подходе люди успокоились бы, разошлись по домам и ждали бы соответствующего сообщения. Но вместо демократичного диалога власти решили разогнать горожан, фактически спровоцировав их на столкновение с милицией. 

Так, скажите, кого нужно привлекать к ответственности – тех, кто, отстаивая справедливость, законность, перешагнул где-то границу допустимого, или тех, кто в действительности совершил преступление, проигнорировав требование Избирательного кодекса? 

Как написал один мой избиратель, пинчане не брали штурмом горисполком, не поджигали помещения, в которых размещались участковые комиссии, не применяли насилия к их членам, как и к руководителям местной власти. Столкновение с милицией – это реакция на неправомерные действия руководства горисполкома и силовиков по отношению к участникам мирного протеста. 

Внесет ли прошедшее и продолжающееся массовое судилище спокойствие в жизнь города с почти 150-тысячным населением? Конечно же, нет. Мне, бывшему депутату Верховного Совета по Пинскому избирательному округу №133, хотелось бы, чтобы все жители этого прекрасного полесского города почувствовали себя его хозяевами, чтобы их жизнь не омрачалась печальными событиями. 

Мое предложение – скорее принять закон об амнистии и выпустить на свободу всех тех, кто отстаивал правду, справедливость, но по воле случая и под эмоциональным воздействием допустил определенные правонарушения, не приведшие к человеческим жертвам. И, понятно, как можно скорее провести новые выборы.

Без малого 72 года прожил я уже на этом свете. Более 50 лет в журналистике. И ни одного дня спокойствия, без туч над головой. Если бы не известный многим из вас Пётр Миронович Машеров, может, теперь и не выступал бы я перед вами. Он спас меня, когда я еще работал в «Сельской газете». 

Зачем я вспомнил далекий конфликт с секретарем ЦК КПБ Виктором Шевелухой, авантюристом по характеру и карьеристом по устремлению, и тот случай, когда, увидев, что я прав, за меня заступился кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС П.М.Машеров? 

Да затем, чтобы сказать: нам, журналистам, не нужно бояться говорить правду, даже если она не нравится высоким бонзам, она, правда, наша защитница, она придает нам силы профессионально исполнять свой долг перед читателями, обществом, государством.

Но от частного опять вернусь к общему. Я не понимаю, зачем государственной пропаганде нагнетать психоз, что вокруг нас одни враги? Чтобы отвлечь электорат от действительно жгучих проблем? Но ведь сегодня не то время, чтобы демагогией, общими словесами и даже какими-то мнимыми угрозами убедить серьезную публику, что мы святые, а вот, видите, на нашу святость, на нашу территорию покушаются враги из-за бугра. 

Мне понравилось, как на вопрос о внешнем вмешательстве со стороны стран Запада в дела Беларуси ответил бывший помощник Александра Григорьевича – Виктор Кучинский, которого в народе прозвали гранатометчиком, потому что он, помните, бегал по рынку и кричал, что с гранатометом в руках будет защищать президента. 

Не знаю, готов он повторить эти слова теперь или нет, но вот его дословный ответ насчет внешнего вмешательства в нашу сегодняшнюю жизнь: 

«У нас «цэрэушники» сидели в избирательных комиссиях или в Администрации президента? Что касается вещания (телеканала «Белсат», телеграм–каналов) из Польши, то чему удивляться? Ранее «Голос Америки» и другие радиостанции вещали на весь Советский Союз. Понятное дело, что Евросоюз, США в противостоянии с Россией преследуют свои интересы. Они не хотят возрождения российской империи, или СССР 2.0. Они хотят, чтобы Беларусь не отошла России, а оставалась суверенным государством.

Если бы Запад по–настоящему вмешался, то здесь все бы это почувствовали. Как это было в Украине. За последние 30 лет мы видели немало примеров, когда Америка входила в какую–то страну и решала свои задачи. Вы это видите сейчас в преломлении на Беларусь? Поэтому я не вижу вмешательства в прямой форме во внутренние дела Беларуси.

Если идет определенная работа западных спецслужб, то для противостояния у нас есть Комитет госбезопасности. Пусть ловит шпионов или продавшегося, скажем, тем же полякам» (конец цитаты).

Не удержусь, чтобы не процитировать еще одного бывшего помощника президента, экс-министра предпринимательства и инвестиций Александра Сазонова. Не так давно он заявил: 

«Мне кажется, со стороны власти сейчас идет подмена понятий, используется классический демагогический прием – внешние и внутренние враги. Не знаю, российские идеологи подбрасывают такие идеи или наши доморощенные это всё придумали… 

На днях Лукашенко сказал: мол, я не за власть держусь, а за страну переживаю, которую порвут на куски. Так, а что тогда мы за страну построили, если, кроме Лукашенко, во всей огромной вертикали власти нет ни одного человека, способного удержать страну? Что же это за власть, которая держится на одном человеке? Людей просто достала эта ситуация» (конец цитаты).

Кстати, ответ тем, кто в пылу идеологических страстей затуманивает людям мозги словесами, что Польша спит и думает, как оттяпать у нас Гродно, восстановить границу с Беларусью, существовавшую до 1939 года. Как говорится, бред сивой кобылы. 

Вот что сказал на сей счет депутат Европарламента, экс-министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский: «Если кто–то говорит в Беларуси, что у Польши, даже у этого правительства, есть территориальные претензии к Беларуси, то это полная чушь. Это работа российских агентов влияния в Польше, которые ретранслируют такие вещи. А они это делают исключительно ради того, чтобы позже цитировать это в российских или белорусских СМИ. Это не политика ни правительства, ни хоть кого–то серьезного на всей польской политической сцене» (конец цитаты).

Я не эксперт в белорусско-польских отношениях, но у меня есть факт, когда на самом высоком уровне мне было сказано: метлой нужно выметать российских шпионов, которые вольготно расхаживают по коридорам Комитета государственной безопасности. Так может, не станем усложнять отношения с Варшавой, а побеспокоимся о том, чтобы не проморгать угрозу со стороны Москвы?

Уважаемые участники «Большого разговора…»! Можно, конечно, о чем угодно говорить, но нельзя забывать об одном: мы находимся не на необитаемом острове, а в центре Европы. И необходимо находить взаимопонимание как с ближними, соседними странами, так и с более далекими. И этому должны в полной мере способствовать средства массовой информации. 

Мне не стыдно за позицию, которую занимает «Народная Воля». Отстаивая демократические принципы, она далека от оголтелой пропаганды, вбивания клин в межгосударственные, межнациональные отношения. Наша миссия – давать людям правдивую информацию, глубоко, всесторонне анализировать происходящие события, не исключая плюрализма мнений. 

Профессионализм, помноженный на ответственность перед законом, позволил нам вот уже на протяжении восьми лет не иметь ни одного предупреждения ни от Министерства информации, ни от Генеральной прокуратуры, ни от Комитета государственной безопасности, ни от Министерства юстиции, ни от каких-либо других государственных органов. 

И мне абсолютно не понятно, почему вдруг перед «Народной Волей» опустился шлагбаум – вот уже с конца августа 2020 года газету не принимает для тиражирования типография издательства «Белорусский Дом печати», которая напрямую находится в подчинении Управления делами президента. 

Официальный ответ, подписанный заместителем гендиректора по производству и идеологической работе Юрием Ариховским и подтвержденный самим генеральным директором Романом Алейником: сломался станок, на котором печаталась «Народная Воля». Что же это за кадры, которые уже одиннадцатый месяц не в состоянии отремонтировать несложный печатный агрегат? 

Александр Григорьевич, ради Бога, я готов сам найти специалистов, чтобы решить этот вопрос, пусть только Алейник вместе со своим замом Ариховским не ставят подножки. Согласитесь, это позорно для Беларуси, что «Народная Воля» в третий раз за время своего существования на информационном поле подвергается незаконной блокировке. 

Были времена, когда мы годами печатали газету в Вильнюсе, Смоленске, а теперь не имеем такой возможности ни в Минске, ни в Москве. И это в то время, когда изо дня в день слышим: свободу слова в Беларуси никто не отменял. 

Так предоставьте «Народной Воле» возможность печататься и распространяться через все сети в родной стране! Кстати, блокада уважаемой в народе газеты – это удар не только по читателям, гражданам Беларуси, но и по редакции как налогоплательщику. Если за первую половину прошлого года ИЧУП «Народная Воля» перечислило в госбюджет 95 тысяч рублей, то нынче за первые шесть месяцев – вдвое меньше.

На этой ноте я заканчиваю свое выступление. Хотелось бы дожить до того светлого дня, когда мрачные тучи рассеются над Беларусью, когда будет светить яркое солнце и люди будут поздравлять друг друга со счастливыми переменами в их жизни, в жизни всей страны.

Спасем Беларусь!!!»