Наказать нельзя помиловать. Политзаключенных в Беларуси могут отпустить?

В белорусских негосударственных СМИ в последние дни стала появляться информация о том, что некоторым политическим заключенным предлагают написать прошение о помиловании на имя Александра Лукашенко. Причем дело касается не только уже осужденных, которые отбывают наказание в колониях, а также и тех, кто только ожидает суда в следственных изоляторах. Как утверждается, в таком случае они будут освобождены по амнистии к 3 июля — официальному Дню независимости Беларуси.

DW попыталась проверить, насколько правдивы подобные истории.

Помилование политзаключенных — не новая практика в Беларуси

Первоначально СМИ сообщали, что предложения написать прошения о помиловании якобы поступают от представителей Красного креста, однако пресс-служба организации это опровергла. «У нас нет доступа внутрь тюрем, нас не пускают к заключенным. Мы оказываем гуманитарную помощь. Красный крест может передавать средства гигиены, воду, еду, книги, но наши представители не могут говорить с заключенными», — пояснили в организации.

Правозащитник центра «Весна» Валентин Стефанович подтверждает, что родственники заключенных в тюрьмах Могилевской и Витебской областей сообщают о подобных предложениях, однако эту информацию из СИЗО он не может ни подтвердить, ни опровергнуть. «Это не новая практика. Мы впервые столкнулись с таким после референдума 2004 года, когда начиналась так называемая либерализация первой волны. Тогда в Минск приезжал представитель Госдепа США Дэвид Кремер и провел ряд встреч с администрацией президента», — рассказывает правозащитник.

Затем ситуация снова повторилась после президентских выборов 2010 года, когда в 2011 году прошел ряд судебных процессов над фигурантами протестов в ночь после выборов. «Тогда было осуждено 43 человека, в августе 2011 большинство из них были помилованы. Им тоже предлагалось написать прошение, в ряде случаев это сопровождалось давлением на политзаключенных со стороны администраций», — говорит Стефанович.

По его словам, освобождение происходило под угрозами санкций Евросоюза и США, и в итоге власти так спешили, что отпускали и без прошений — просто по списку политзаключенных: «Однако освободили не всех, процесс растянулся до 2015 года, когда заключенные были освобождены опять же по процедуре помилования, в том числе бывший кандидат в президенты Николай Статкевич, хотя он сам лично никаких прошений не писал».

Как помиловали политзаключенных в 2011 году

Один из тех, кто был помилован в августе 2011 года — бывший политзаключенный, историк Дмитрий Дрозд. Он был осужден на 3 года лишения свободы и отбывал наказание в колонии Бобруйска. «К нам приехал человек в штатском, вызвал нас на беседу. Он знал, как у всех дела, какие проблемы — упомянул, что знает, что в моей семье не все хорошо. Он сказал, что я могу вытянуть uot;лотерейный билет» и написать прошение о помиловании», — рассказывает бывший политзаключенный. По его словам, он тогда возразил, что вину не признал и не признает, на что сотрудник ответил, что они «могут поработать над формулировками, чтобы все всех устроило».

В результате, как говорит Дмитрий Дрозд, они не требовали, чтобы было раскаяние, нужно было просто написать просьбу применить статью о помиловании: «Все было сделано максимально быстро, в нарушение всех возможных процедур, буквально за неделю. С некоторыми говорили очень жестко, обещали проблемы. Я думаю, что и меня к этому готовили заранее — перевели на тяжелую работу, начали создавать конфликты на пустом месте чуть ли не до драк». Таким образом администрация создает невыносимые условия, хотя открытого давления как бы нет, поясняет Дрозд.

О помиловании говорят на фоне ужесточения санкций

Правозащитник Стефанович утверждает, что сейчас в Беларуси повторяется ситуация 2011 года. «Не случайно в преддверии этих событий была встреча Юрия Воскресенского и Владимира Макея, где обсуждался вопрос широкой амнистии осужденным по событиям с мая 2020 года. Я думаю, этот процесс связан с угрозой ужесточения санкций ЕС и вступления в силу санкций США», — говорит правозащитник.

Такого мнения придерживается и Дмитрий Дрозд. «Я еще 3-4 месяца назад говорил, что будет этот сценарий, он для Лукашенко очень удобный. Он набрал заложников, а потом их освободил — и Европа сняла санкции, все счастливы и довольны. Сейчас он будет делать то же самое, только заложников набрал в 10 раз больше», — считает Дрозд.

Такой способ — помилование — власти Беларуси используют для «сохранения лица», говорит Валентин Стефанович. «Логика власти понятна, мол, эти оппозиционеры все осознали, попросили их освободить, ну я и выпустил», — говорит правозащитник и уточняет, что на такое, очевидно, согласятся не все: «Для Бабарико, Колесниковой, Тихановского — это принципиальный вопрос, они на это никогда не пойдут».

Власти Беларуси должны освободить всех и прекратить новые репрессии

Впрочем, среди сегодняшних политзаключенных есть те, кто уже занимается вопросом помилования. Как пишет онлайн-ресурс reform.by, Юлия, дочь политзаключенной Елены Мовшук, осужденной по «пинскому делу» на 6,5 лет, сообщила, что ее мать сама решила написать прошение о помиловании и попросила родных помочь собрать все необходимые ходатайства и поручительства. Кроме того, сбором документов занимается семья политзаключенного Дмитрия Гопты, которого суд приговорил к 2 годам лишения свободы за участие в протестах 10 августа в Жлобине.

Но Валентин Стефанович отмечает, что у правозащитников есть принципиальная позиция: освобождение всех политзаключенных без исключений. «Мы считаем, что должна быть широкая амнистия и все должно быть оформлено законом об амнистии, именно политической. Например, в соседней России такие политические амнистии применялись несколько раз». По его словам, это может стать первым шагом по деэскалации ситуации в стране, но нужно, чтобы это не превращалось в торговлю и освобождение части политзаключенных.

Кроме того, правозащитник указывает, что на этом фоне власти Беларуси должны прекратить репрессии и давление. «Мы видим преследования каждый день, ужесточаются законы. Если они хотят убедить Запад в разрядке, то нужно прекратить ранее возбужденные дела и не создавать новых. Иначе как это будет выглядеть: одних освобождаем, а других при этом продолжаем сажать?» – задается вопросом Стефанович.

Источник: Богдана АЛЕКСАНДРОВСКАЯ, DW