Особое мнение: Лукашенко уйдет. Но не стоит биться головой о стенку

Власть пойдет на жесткую конфронтацию до конца, противостоять тотальной зачистке общественно-политического поля нужно не только уличными акциями.

Минский горисполком запретил проведение Дня Воли 25 марта.

Почему власти запретили празднование годовщины провозглашения БНР? Какие существуют альтернативы массовым акциям? Что сейчас гораздо важнее, чем просто выводить людей на улицы?

Своим мнением поделился активист РЭП Вацлав Арешко

-Я всю сознательную жизнь, более 30 лет, праздную 25 марта, но в этом году и несколько предыдущих лет не участвую в массовых акциях: не вижу смысла, чтобы рисковать здоровьем и жизнью людей, если протесты не приведут к серьезным изменениям ситуации. А я не вижу, что именно сейчас массовые акции привели к серьезным изменениям.

В определенном смысле я согласен с заявлением Пазьняка и готов подписаться под ним: праздновать можно по-разному.

-О чем свидетельствует запрет на проведение массовой акции в День Воли?

-Я бы очень удивился, если бы День Воли разрешили. Если власть идет на жесткую конфронтацию (инициатива конфронтации находится в руках власти), то она будет давить до конца. Для нее любое проявление независимости в любой форме – это как серпом по одному месту, извините. Так что это абсолютно ожидаемая ситуация.

-Власть пойдет до конца. Что вы понимаете под концом?

-Я думаю, сверхзадача нынешней власти – создать ситуацию, когда она сможет вздохнуть спокойно. То есть, когда не останется ни реальных партий, ни общественных организаций, дворовых формаций, никаких протестов – останется голое поле. Я считаю, что противостоять этому можно не только уличными акциями; сейчас, как мне кажется, очень важно организовывать людей, учить людей, помогать им становиться СОЗНАТЕЛЬНЫМИ ПРОТИВНИКАМИ РЕЖИМА, а не разовыми протестантами.

-Команда Светлана Тихановской также возлагала определенные надежды на День Воли. Не зря сбор подписей за переговоры начался за несколько дней до 25 марта, а предварительные результаты голосования планировалось объявить именно в День Воли.

-Для штаба Тихановской, для Павла Латушко чем больше протестов, чем сильнее картинка из Минска, тем лучше для них. Я считаю, что это не стоит здоровья людей, которые могут пострадать: сотни задержанных, избитых, искалеченных. Мне кажется, людям нужно дать немного отдохнуть и давить на власть не только протестами. По сути, людей толкают под террор – для меня такая позиция неприемлема.

-А какая альтернатива? Какие рычаги воздействия на власть есть у общества?

-Давление на власть может происходить в разных формах. Это и экономический протест, и кампании общественного неподчинения – их очень много. Но каждая кампания должна состоять из определенных шагов, которые преследуют определенные цели: продвигаться к конечной цели нужно пошагово. А просто биться головой о стенку – стенка головой не пробивается, для этого существуют инструменты.

-Судя по вашему пессимистическому настроению, вы не верите, что Лукашенко уйдет скоро.

-Я уверен, что Лукашенко уйдет. Если раньше уход Лукашенко напоминал разговоры о скором развале Советского Союза, то сейчас перспектива его ухода уже просматривается. И значительно более важно, чем просто добиваться ухода Лукашенко, думать и работать над тем, что будет после него. Будет очень важно, чтобы на место Лукашенко не пришли другие лукашенки, или даже еще худшие персонажи, надо предотвратить приход других кремлевских ставленников, авантюристов и проходимцев. То, что называется планами Тихановской или Латушко, — не совсем то, что нужно, как мне кажется. Нам надо думать над тем, как сделать переход власти от ушедшего Лукашенко к приемлемым для общества и легитимным для всего мира органам.

-Что может сыграть решающую роль в уходе Лукашенко?

-Не могу сказать, не пророк. Возможно, здоровье: все болеют, все умирают. Не думаю, что все остальные факторы могут быть сильнее естественного. Мы знаем эту личность, поэтому прекрасно знаем, что добровольно Лукашенко не уйдет. Или сделает вид, что уходит, но про эти сценарии уже много сказано. Но мы ведь говорим о реальных изменениях, а не о замене одной букве к вывеске. 

Источник: Юрий КРЕМНЕВ, «Белорусский партизан»