Беларусь на грани дефолта?

Ситуация с внешним долгом становится угрожающей: столько денег, сколько нужно для его обслуживания, в Беларуси нет. Объем валового внешнего долга уже сейчас в разы превышает все имеющиеся ликвидные валютные резервы страны!

Уже не один год поиск источника внешнего заимствования – денег на поддержание на плаву «белорусского экономического чуда» – является главной задачей сегодняшнего правящего режима.  Деньги приходили в страну не только с востока, но и с запада – например, через размещение еврооблигаций, как было в июне 2020-го на сумму $1,25 млрд, пишет infobank.by

Но после августа 2020 года задача сильно усложнилась: западный источник заимствования исчез, остался только восточный. Но власти успешно справились и с этим. Да так, что внешний долг Беларуси в конце 2020-го вырос до рекордного значения: по состоянию на конец года валовый внешний долг (ВВД) Беларуси составил $42,149 млрд – новый исторический максимум.

Предыдущий был в середине 2020-го – вот как раз после выпуска тех самых еврооблигаций, которые с удовольствием тогда приобрели западные партнеры. А максимум, что был достигнут еще раньше, держался 6 лет, с 2014-го: вся полученная извне валюта уходила все это время на погашение ранее взятого в долг, и поэтому ВВД не увеличивался.

Теперь же этого явно недостаточно: денег на содержание созданной сегодняшними властями экономической модели надо все больше: сегодня она без постоянно увеличивающейся внешней финансовой подпитки уже не работает.

Но ладно бы, если заимствовали извне субъекты экономики: внешние инвестиции в производство – дело хорошее. Однако последние 15 лет берет в долг само государство: сектор государственного управления наращивал внешнюю задолженность все это время больше и быстрее, чем любой другой сектор.

На этот момент – на конец 2020 года – внешний госдолг составил $19,407 млрд (как сумма внешней задолженности органов государственного правления (Правительства) и Нацбанка). Это – также исторический максимум.

А если добавить к этому долги государственных (или с государственным участием) предприятий, банков, и гарантированный государством долг, то сумма такого совокупного внешнего долга государства, как и его доля в ВВД, станет куда больше.

Внешняя задолженность органов государственного управления имеет наибольший удельный вес в ВВД Беларуси, превысив внешний долг «других секторов» (реального сектора экономики).

Таким образом, главный заемщик в Беларуси – государство: государственный внешний долг (здесь: сумма внешнего долга правительства и Национального банка) сейчас – это 46,0% валового внешнего долга.

За 15 лет удельный вес государственного долга во всем ВВД вырос очень значительно: раньше госдолг составлял только 10-15% ВВД, а более половины ВВД накапливалось тогда в реальном секторе – внешним заимствованием субъектов экономики.

И прирост всего – валового – внешнего долга Беларуси в IV квартале 2020-го, приведший к рекордному объему ВВД, создан, главным образом, в секторе государственного управления: из всего прироста ВВД в $1,588 млрд за квартал, прирост в этом секторе – почти $1 млрд.

А если смотреть в целом за 2020 год, то прирост внешнего долга правительства даже больше прироста всего ВВД!

Рекордный объем валового внешнего долга в конце 2020-го привел и к рекордной подушевой внешней задолженности: ВВД на душу населения вырос в Беларуси до 4485 $/чел.

Для сравнения, в Украине он составляет 3350 $/чел., в Молдове – 2900 $/чел., в России – 3215 $/чел.

Почему так сильно вырос внешний долг в IV квартале 2020-го?

Значительный прирост внешнего долга органов государственного управления за квартал получился, главным образом, из-за:

— перевода Россией белорусского долга за природный газ перед Газпромом в государственный

— двух траншей кредита по линии ЕФСР

— очередного «оттягивания» сроков начала выплат по долгу перед Россией за АЭС.

Но более интересны составляющие прироста внешнего долга субъектов экономики – в т.н. «других секторах», хотя прирост здесь по объему меньше: $516 млн здесь против $995 млн в секторе государственного управления.

Так вот, из этих $516 млн квартального прироста $361 млн записаны в отчете Национального банка в строке «краткосрочные торговые кредиты и авансы»Туда заносится просроченная и текущая задолженность по оплате импортных поставок. За что, за какой товар можно было задолжать за квартал на $361 млн – в отчете не расписано. Не за газ ли снова?

Что означает рекордный внешний долг для белорусов?

Небольшая или, наоборот, значительная задолженность перед внешним миром, снижение или, наоборот, прирост внешнего долга – могут быть как негативным, так и позитивным явлением.

Так, с одной стороны, «влезать в долги» – это плохо, жить за счет долгов – это жить не по средствам, с ростом долгов растет и долговая нагрузка по их обслуживанию. Да и вообще «берешь чужие и на время, отдаешь свои и навсегда».

С другой стороны, заемные средства дают возможность более быстрого развития экономики, ускоренной ее модернизации, осуществления крупных проектов. Да и вообще весь мир «живет в долг», от государств до домохозяйств.

То есть, главное здесь – как используются взятые в долг деньги: инвестируются в экономику или просто «проедаются».

В Беларуси же главная цель внешнего заимствования – перекредитоваться, одолжить, чтобы вернуть ранее взятое в долг, не объявить дефолта. А еще – обеспечить валютой банковскую систему, не допустить значительной девальвации в условиях все еще сохраняющегося спроса на доллары. То есть – для «поддержания штанов».

Именно благодаря внешней российской подпитке в IV квартале 2020-го и отсрочки Россией начала погашения долга по АЭС, Беларусь избежала дефолта, сохранив валютно-финансовую стабильность после обвала в августе-сентябре. Но это привело к рекордному внешнему долгу. Это и есть цена стабильности. 

И теперь сам этот долг становится угрозой стабильности.

Уже понятно, что внешний долг станет главной финансовой проблемой новой власти, когда бы она ни появилась в Беларуси: ей «в наследство» от старой власти останутся огромные долги, номинированные не в белорусских рублях, а в иностранной валюте, которую не напечатаешь: ее можно только или заработать, или одолжить.

Рекордный государственный внешний долг требует рекордного же обслуживания в виде выплат процентов и его погашения – из ЗВР, которые сейчас чуть ли не втрое меньше всего внешнего валютного госдолга.

А объем валового внешнего долга в разы превышает все имеющиеся ликвидные валютные резервы страны, расходы на его обслуживание уже сейчас лежат тяжелым бременем для бюджета и финансовой системы, для субъектов экономики, среди которых даже есть такие, которые должны больше, чем они сами стоят. Подтверждающий это пример – «спасение БМЗ».

То есть сегодняшний рекордный внешний долг для белорусов – самая большая проблема будущего. И совсем не далекого – если исчезнет и российская финансовая подпитка. 

Потому что столько денег, сколько нужно для обслуживания внешнего долга, в Беларуси просто нет, даже близко.