Особое мнение: Лукашенко не хочет признавать реальность, а впереди еще две стадии

Человек проходит через стадии отрицания, гнева, торга, депрессии, и, наконец, принятия. Довольно любопытно, что один там всеми известный персонаж, назовем его, например, Александр Григорьевич, только за август успел пробежать галопом через две первые стадии.

Вот посудите сами: еще в прошлом месяце своих будущих оппонентов он называл «несчастными девочками, которые не понимают, что о них пишут». При этом уже в то время на митинги в поддержку Тихановской собирались десятки тысяч человек, а упорно нежелающий этого замечать Лукашенко все говорил что-то про котлеты и домашнее хозяйство.

На тот момент он просто отрицал наличие в стране сильной, сплоченной оппозиции и думал, что все происходящее в стране это хиханьки да хаханьки. Короче, отрицал наличие проблемы.

После выборов, когда выяснилось, что проблема все-таки существует, начинается стадия гнева — аресты, жесточайшие разгоны митингов, снова аресты, привлечение армии, возбуждение уголовных дел на членов Координационного совета оппозиции, цирк с вертолетом и Калашниковым в одной руке.

Причем, понять, почему разгневался белорусский президент довольно просто — в его картине мира все было нормально. Все шло как обычно — он объявил, что идет на выборы, подобрал статистов на роли своих «оппонентов», спустил установку «Я должен победить с таким-то результатом».

То есть ноль отличий от привычной схемы, которая действовала не первый год — и тут вдруг такой результат. Когда резко что-то не получается, расстраиваются и более спокойные люди, а уж Александр Григорьевич, живущий не первый год в своем мини-мирке, и вовсе не понимает, что происходит. Отсюда и гнев.

Но ситуация-то серьезно не меняется, люди не уходят с площадей, аресты их почему-то не пугают и уголовные дела тоже. Поэтому начинается торг. Сначала торговаться он начал с привычным и более-менее знакомым ему человеком — Путиным.

После того, как дело запахло керосином, благодаря какому-то невероятному прозрению Лукашенко понимает, что наши ЧВКшники не готовили никакой переворот, ехали вообще в другую сторону и нестабильная Беларусь нам нужна не больше, чем антироссийская Украина. Продолжился торг тоже со знакомым — с самим собой.

Лукашенко начал убеждать самого себя, что все происходящее в стране — это влияние извне, из каких-то заграничных стран, а у такого многотысячного протеста наверняка есть какие-то кукловоды из стран НАТО.

Правда, привело это убеждение самого себя ни к чему, протесты продолжились и сегодня Александр Григорьевич решил-таки пойти на переговоры, но в своем традиционном стиле — заявил, что готов вести диалог, но не о проведении новых выборов или передачи власти, нет.

Лукашенко сказал, что готов говорить о конституционной реформе, но не с оппозицией (которая все-таки требует его отставки и новых честных выборах), а с трудовыми и студенческими коллективами. Ход, конечно, понятный — на улице толпа молодежи и ее надо успокаивать, а бастующие заводы для страны гораздо более серьезная проблема — в Беларуси и так не самая сильная экономика, а если еще и промышленность подорвать — то все, тушите свет.

Небольшую помощь опять-таки подкинул Путин, с которым они договорились о рефинансировании долга страны аж в миллиард долларов. Такая инъекция, конечно, должна помочь дышащей на ладан экономики хотя бы с точки зрения укрепления нацвалюты.

К чему все это приведет — пока все еще не ясно.

Упорный Лукашенко не хочет признавать реальность, да и впереди у него еще две стадии — депрессия и принятие. Но вот состоятся ли они, или откатится последний диктатор Европы вновь на стадию гнева — это нам все еще предстоит увидеть. Telegram-канал «Медиатехнолог«