Как Беларуси могут аукнуться $430 млн. «Белгазпромбанка»

В истории главы Госконтроля Беларуси  Ивана Тертеля о финансовых ужасах, творившихся в «Белгазпромбанке», был один эпизод, который белорусская пропаганда активно использовала в своих телесюжетах, но пока не представила никаких визуальных или вещественных доказательств. И вряд ли сможет представить.

Однако именно эта история, которую Лукашенко везет с собой на парад в Москву, может вернуться очень неприятным для белорусского правителя и его режима бумерангом.

Речь идет о сумме свыше $430 млн., которые, как сообщил глава КГК, были выведены со счетов «Белгазпромбанка» на счета латвийского банка ABLV.

Начнем с того, что деньги были не выведены, а перечислены в рамках действующего белорусского законодательства. И Бабарико, и его задержанные друзья и экс-коллеги к этой сумме имеют ну разве что техническое отношение. И вот почему.

Ничего личного, но ни Виктор Бабарико, ни его товарищи не выглядит как владельцы полумиллиарда долларов. Но даже если бы у них появились такие деньги, добытые нечестным путем, они бы уже давно свалили из этой страны. И были отнюдь не первыми, кто поступил именно так. Таков путь белорусского крупного бизнеса.

Но самым важным доказательством, что перечисленные за несколько лет, а КГК не указывает временные рамки, более 430 млн. долларов не липнут к рукам Бабарико, является сумма ущерба, которая вменяется задержанным по делу «Белгазпромбанка» и Виктору Бабарико — 8 950 222 рубля.

Информацию о 430 млн. белорусские власти получили от латвийских коллег не самым законным способом – обмен информацией или сдача кого-то из латвийских бизнесов или подкуп. Ибо изначально пришла информация, и лишь потом появилось дело. Но данные пришли в неудобном и малоприменимом формате – сумма (более 430 млн.) и название банка («Белгазпромбанк»).

Детальной информации у КГК нет, детализацию можно получить только по самостоятельному запросу по каждой отдельной платежке/компании на основании заведенного в Беларуси уголовного дела с убедительными доказательствами, иначе это будет нарушением европейского закона о банковской тайне.

того, чтобы понять, откуда взялись эти 430 млн. и кому они были переведены, и потребовался захват «Белгазпромбанка», в ходе которого, как признался Лукашенко, были обнаружены флешки и жесткие диски.

«Мы нашли флешки, жесткие диски и море информации. И этого боятся их хозяева», — заявил вчера в Бресте Лукашенко.

Благодаря участию Виктора Бабарико в выборах Лукашенко получил на примере одного банка и его контрагента детализацию операций Газпрома и не только, а заодно и инструментарий для торга с Путиным.

Если завтра переговоры пройдут неудачно для белорусского правителя, то информация, найденная на флешках и жестких дисках, уплывет в США. Предоплата уже сделана. Потому и адвокатов пока не пускают к Бабарико – не до них сейчас, пусть приходят после 24 июня.

Примерно понятно, что «Белгазпромбанк» выступал транзитным звеном. Истории о том, что белорусские банки, включая государственные, участвуют в схемах по выводу денег российским крупным бизнесом на счета европейских и оффшорных банков, периодически всплывали на протяжении десятка, а то и более лет. Тема обсуждалась и на высшем уровне. Но с точки зрения белорусского, в том числе и банковского законодательства, ничего криминального в этих схемах не было. Более того, транзит денежных потоков оставлял в белорусских банках осадок в виде заработанных комиссий, и часть этого навара попадала в бюджет в виде налогов.

Иными словами, работала схема растворителей, только в банковской сфере. И всех это устраивало.

Но есть ощущение, что Лукашенко ничем не удивит своего визави, и что переговоры пройдут никак. А вот ответ на проявленную дерзость может быть суровым. Если уж российским властям известны схемы вывода валюты из РФ, то, безусловно, есть у них информация и о выводе денег из Беларуси входящими в «семейный» круг бизнесами. И не только. И часть этого может всплыть в самый неподходящий момент в избирательной кампании, пишет AFN.