Мы в соцсетях:

26-02-2018 10:57

Местные новости


На работу после 24 лет отсидки: как в Борисове трудоустраивают бывших заключенных

Олегу Бачище пятьдесят лет. И у него за плечами стаж не трудовой, а воровской. Двадцать четыре года отсидки. Недавно он устроился уборщиком территории на предприятие «Борисовбытсервис». Это его вторая работа в жизни. Первый раз отработал не больше года — токарем на заводе. А вообще, Олег по части работы всегда был не очень — скорее, работнуть, что на языке зоны обозначает «обокрасть». Теперь меняет привычки.

— Кражи эти — дурь, — взмахивает рабочей перчаткой в сторону прошлого бывший осужденный. — Одно серьезное дело было. Сидел чисто за грабеж с разбоем. Мы просто пришли и потребовали, типа рэкета, небольшую сумму денег тогда забрали.

В перерывах между сроками работу Олег не искал. Просто не успевал. Свободу быстро перечеркивала очередная запретная полоса.

— Да какие там промежутки. Давайте считать, — мой собеседник загибает пальцы. — С 1983-го отбыл три года. Потом вот впервые на заводе поработал. Через год закрыли на шесть лет. В 1993-м освободился. В 1997-м опять сел. Не устраивался, потому что вел другой образ жизни. Плохой.

Школьные годы он пролистывает в памяти лениво.

— В школу ходил в Борисове. Без охоты. Нравились мне гуманитарные науки, правда, — география, литература. Читал много, — Олег вдруг оживился. Свет заиграл в дали лет. Свет улыбки лег на лицо. — Все зависело от учителя. Математику и алгебру я, к примеру, не любил. И рисовать не умею.

За нежелание учиться и плохое поведение оказался в могилевской спецшколе для трудновоспитуемых подростков:

— Вообще не хотел на уроки. Если у родителей не складывается, ребенок остается сам по себе. На улице. А улица есть улица. И пошел, и покатился.

Олег напряженно вспоминает первые трудовые шаги. На «малолетке», в колонии начался его труд.  Исправительный.  Квалификацию получал транзитом. Учился там, где отбывал срок: Ивацевичи, Бобруйск, Глубокое… Олег с нежеланием возвращается в разговоре в тюремные университеты:

— Есть у меня специальности: электрик 2-го разряда, слесарь-ремонтник, тракторист, слесарь-ремонтник сельскохозяйственных работ.

В колонии за переплетным делом он склеивал коробки, делал конверты. Сшивал книги и папки. Получил первую специальность «картонажник по переплетному делу», но ни разу ее не применил.

— На «малолетке» было литье интегральных микросхем, — продолжает описывать свою трудовую биографию борисовчанин. — Жгуты еще вязали. В Ивацевичах шлифовщиком работал в фанеровочном цеху. Щиты буфетные шлифовал. Почти весь последний срок, а продлился он почти 15 лет, не работал. В конце уже вывели на производственную зону. Месяца четыре чистили металл, алюминий, медь.

Трудные дни

На свободе Олег долго не задерживался. А в этот раз решил работать «по-белому». Трудиться и зарабатывать. Как же достается бывшему постояльцу зоны вольный хлеб?

Олег  опирается  на  лопату.  Оглядывается на ряд куч, в которые сгреб сдутый машиной с плитки слой снега. Снег более податливый, чем жизненные проблемы:

— Нелегко. В городском центре занятости помогли с работой. Спасибо им. Сделаю дело — самому приятно. Задача моя — убирать территорию. Смотреть, чтобы не было мусора в течение дня. Много машин на стоянке. Бывает, бросают бумажки, окурки. Собираю. Мусорки надо регулярно очищать. Осенью боролся с листьями. Зимой — снег гребу. Рано утром приходит снегоуборочная машина. Я кучкую осадки. А потом с бригадой грузим кучи на борт. Их потом вывозят.

Директор «Борисовбытсервиса» Марина Нехайчик рада за подчиненного:

— Такие люди нуждаются в защите, может, не всегда нам это нравится, но конкретно Олег работает в меру своих возможностей. Не пьет. Сработался с коллективом. На работу ходит исправно. Никогда не опаздывает. Культурный.

Беспокоит Олега сегодня другая проблема — жилищная. За время сроков дом, доставшийся от отца, пришел в негодность.

— Потолок  провалился.  Печка развалилась.  Окна  прохудились. Жить  фактически  негде.  Знакомый  приютил  во  времянке  на  кухоньке.  Газ,  баллон,  печь,  остальное  на  улице.  И  до  работы  далеко.  А  дом  отцовский надо капитально ремонтировать, но где взять денег? Зарплата у меня не такая большая — 235 рублей, этого на солидный ремонт не хватит.

У Олега третья группа инвалидности. Несчастный случай произошел в Борисове шестнадцать лет назад. Его ударили ножом. Лезвие прошило диафрагму. С тех пор живет без части желудка и селезенки:

— Левое  легкое  свернулось.  Засосало  желудок  туда. Орган  защемило, он отмер. Я инвалид. Мне не нужна материальная помощь. Прошу лишь комнату в общежитии, за которую буду платить.

Труднее на свободе, чем в тюрьме? — интересуюсь. Олег говорит, что воля и заключение — два разных мира:

— Там за тебя другие думают, а здесь ты сам за себя. Но, поверьте, как только решу вопрос с жильем, 99 процентов моих проблем-затруднений пропадут.

А потом он вдруг добавляет:

— Как говорят китайцы, кто смотрит назад, тот смотрит в могилу. Было и было. Сейчас я иду вперед. Тяжело, но работаю. Моя цель — зарабатывать на жизнь и жить нормально. Поправить здоровье, создать семью, жить так, как живут другие.

После этой речи верится: все у него получится. — «СБ».

987

Поделиться:

Комментарии ()



    Написать комментарий: