Мы в соцсетях:

19-09-2018 11:59

События и люди


Офицеры поощряли «дедовщину» в Печах?

Допрос обвиняемых по делу Александра Коржича начался 11 сентября. Почти сразу они объяснили, почему собирали от солдат продукты и зачем брали деньги за пользование телефонами, передает «Радыё Свабода».

Фото носит иллюстративный характер

Обвиняемые Евгений Барановский, Егор Скуратович и Антон Вяжeвич на процессе присутствовали с самого начала, их ежедневно привозят в зал суда под конвоем. В первый день процесса они отказались давать показания. Мотивировали тем, что сначала хотят послушать показания потерпевших и свидетелей. Первый обвиняемый, Евгений Барановский, был допрошен  через месяц после начала слушания уголовного дела в Минском областном суде.

 

«Конкретных фамилий не помню»

«Покупали командованию роты сосиски в тесте, кофе, - сказал Барановский в первый день своего допроса. - Командиры требовали им это покупать. Мы просили покупать все это солдат, иногда приобретали сами. Когда были деньги».

На допросе Барановский не называл фамилий бывшего командира роты л-та Павла Суковенко и его заместителя по идеологической работе Вадима Чиркова. На все вопросы о конкретных случаях вымогательства со стороны офицеров и просьбы назвать их фамилии Барановский отвечал одинаково: «Не помню, не могу сейчас сказать».

Кроме вымогательства, обвиняемый по делу Коржича сержант также рассказал об ударах со стороны офицеров и приказах отжиматься. Причиной таких действий становились проступки либо самих сержантов, либо подчиненных им солдат.

«На следствии я не рассказывал, что продукты, полученные от солдат (это происходило примерно раз в день), я передавал командиру, - сказал Евгений Барановский. - Хотел его выгородить. Но позже я узнал, что он сам дал показания против меня. Поэтому сейчас в суде я говорю правду».

Подробнее про поборы со стороны офицеров в Печах рассказал обвиняемый Егор Скуратович. Его допрос начался 12 сентября. Скуратович рассказал, что был призван в армию осенью 2016 года, а уже в марте стал младшим сержантом. Еще через несколько месяцев получил предложение командовать отделением.

«Им было все равно, кого сержантом назначать, - сказал в суде Скуратович. - Спрашивали, кто хочет. Если кто-то хотел, то на тебе, имеешь сержанта. Теперь я не знаю, как там принято».

«Не хотел становиться стукачом»

Во время допроса Скуратович не только подтвердил показания Барановского про дедовщину со стороны офицеров роты, но и назвал конкретные фамилии. По его словам, бывший командир роты Павел Суковенко требовал обязательно приносить ему кофе по понедельникам, а по пятницам - сигареты.

«Отвечал за это дежурный по роте, - сказал обвиняемый. - Если кофе не было, Суковенко не давал дежурному спать. Также лейтенант Суковенко требовал периодически приобретать ему продукты в магазине. Я лично покупал ему их около 10 раз».

«Я только здесь узнал, что у командира роты Суковенко нет ребенка, - сказал Скуратович. - Раньше думал, что есть. Старался выгородить во время следствия».

По словам Егора Скуратовича, однажды лейтенант Суковенко отобрал у него новую форму. Новый комплект выдавали раз в 9 месяцев. Незадолго до очередного «обновления» Суковенко поймал Скуратовича с телефоном, забрал его и потребовал с сержанта взамен за телефон новый комплект формы. Он должен отдать свой, предварительно обменяв его на комплект размера офицера. В результате сержант купил себе новый комплект за собственные деньги - 150 рублей.

«Суковенко выдавал курсантам и сержантам деньги не в полном объеме, - продолжил Скуратович рассказывать о нарушениях офицера. - Вместо 9 рублей 30 копеек в месяц солдаты получали 8 руб. 50 коп. Сержанты вместо 16 руб. 90 коп. - 15 рублей».

Кроме того, по словам Скуратовича, командир роты оставлял себе часть денег, которые сержантам должны были выдавать в увольнение. Когда Суковенко недоплатил сержанту первый раз, тот попытался выяснить, почему так получается.

«Я спросил, почему получил денег меньше, чем должен был получить, - вспомнил Скуратович во время допроса в суде. - Лейтенант Суковенко посоветовал мне спросить у сержанта Барановского. Мол, он все объяснит. Когда я пошел к Барановского, тот посоветовал не обращать внимания, так как «так всегда было».

Егор Скуратович заявил, что не согласен с той частью обвинения, где он несет ответственность за смерть Александра Коржича.

«Говорят о создании соответствующей негативной атмосферы в роте, - сказал Скуратович. - Зачем выяснять истинные причины самоубийства? Вот мы здесь трое за решеткой - и все, мы виноваты. Почему только мы здесь?»

Отвечая на вопрос прокурора, почему сержанты не жаловались на действия командира роты вышестоящим офицерам, Скуратович заявил, что не хотел становиться стукачом в глазах других сержантов.

«Говорили, что продукты для командира роты»

Допрос сержанта Антона Вяжeвича, начался 13 сентября. Вяжeвич также подтвердил существование поборов со стороны руководства роты.

«Из того, что приносили солдаты, 70% отдавали командиру роты, - заявил Антон Вяжeвич. - Я ничего не требовал, солдаты приносили сами. Такой порядок пошел еще с начала моей службы (весна 2016 года). - Когда солдат что-то приобретал (приносил из магазина сержанту), я себе максимум пакетик кофе оставлял».

По словам Вяжевича, продукты и сигареты, кроме командира роты лейтенанта Павла Суковенко, нужно было приобретать еще и для прапорщика Артура Вирбала. Своих подчиненных солдат он никогда не заставлял что-то покупать, а только просил. Иногда при этом добавлял, что кофе или другие продукты нужны для передачи офицеру Павлу Сукoвенкo.

 

«Когда я начинал служить, был молодым солдатом, то также приобретал что-то для руководства, - рассказал Вяжeвич. - Когда я сообщал командиру роты о том, что сoлдaты идут в магазин, он мог сказать: "О, замечательно. Мне нужно кофе, печенье". Я записывал на бумажку, давал солдатам. Они приобретали, но я не требовал. Они сами покупали. Могли не покупать. Условий солдатам никто не ставил. Солдаты не всегда знали, кому приобретают продукты. Только тогда, когда никто из них в магазин не хотел идти и тогда я им говорил, что это нужно для командира роты».

Также Вяжeвич рассказал о том, что прапорщик Артур Вирбал однажды не выдал ему новые берцы, чем заставил взять у подчиненного деньги за пользование телефоном.

«Новые берцы прапорщик Вирбал не выдал. Форму выдал, берцы - нет, - сказал Вяжувич. - Мне не в чем было ходить. Имел 15 своих рублей, взял еще 40 рублей у подчиненного солдата за разрешение пользоваться телефоном, пошел и купил себе берцы. На то, что солдаты пользуются мобильными телефонами в неразрешенный время, я закрывал глаза. Об этом командиру роты не докладывал».

 

5511

Поделиться:

Комментарии ()



    Написать комментарий: